Статьи

Актуальность. Проблема искусственного сознания актуальна в связи с интенсивным развитием технологий искусственного интеллекта и усложнением техносреды человечества, включающей искусственных агентов и системы принятия решений. Она широко освещается в междисциплинарном дискурсе естественных, гуманитарных и инженерных наук. Однако, ее решение сдерживается нерешенностью ряда принципиальных вопросов методологического, системного и технологического плана. Рассматривается проблема создания искусственных систем, создающих мир, и действующего в нем техносубъекта. 

Цель. Целью работы является инженерно-психологическое исследование возможностей и ограничений технологического создания системы с искусственным сознанием на базе перманентно действующего механизма сетевого обучения. 

Результаты. Предложена постнеклассическая двухступенчатая модель механизма техно-самоорганизации искусственной субъективной реальности, в которой техносознание осуществляет задачу многоуровневой многокачественной редукции части реальности, доступной когнитивному опыту техносубъекта. Показано, что на современном уровне развития технологий формирование рефлексирующего сознания с заранее заданными свойствами невозможно. Однако, инженерными методами возможно создать среду, порождающую искусственную субъективную реальность и рефлексирующее сознание. 

Выводы. Рассматриваются базовые научно-методологические, психологические и технологические вопросы формирования самоорганизующихся процессов, лежащих в основе искусственного сознания. Предложена концепция и метафорическая модель работы мозга как генеративной самоорганизующейся среды. Рассмотрена возможность ее применения при решении задач проектирования и анализа систем с искусственным сознанием.

Актуальность. Исследований в области здорового долголетия становится все больше в связи с популяризацией здорового образа жизни среди населения. Одновременно с этим растет и интерес к проблеме диагностики когнитивного и физиологического функционирования человека в процессе нормального старения. Многие ученые сходятся во мнении, что хронологический, биологический, а также когнитивный возрасты могут не соответствовать друг другу. Существует много причин, по которым это происходит. 

Цель исследования — систематизация и анализ данных о последних трендах в определении когнитивного и биологического возрастов человека, соотнесение параметров их измерения; выявление основных структурных изменений мозга при нормальном старении; освещение возможности улучшения когнитивного функционирования человека. 

Результаты. Проведенный анализ показал, что когнитивный и биологический возрасты являются комплексными показателями, на которые влияет большое количество факторов — средовых и генетических. Существуют разные способы измерения как биологического возраста, так и когнитивного. Единого метода или подхода до сих пор не существует. Для измерения биологического возраста все чаще используются методы на основе комплексных индексов, эпигенетические часы, методы на основе деления теломер и метилирования ДНК. Все бόльшую популярность приобретают методы измерения когнитивного возраста на основе динамики когнитивных функций, которые весьма пластичны и могут быть скорректированы. 

Выводы. В связи с увеличением продолжительности жизни населения подробное исследование параметров когнитивного возраста и способов нейропротекции в ближайшие годы станет одним из ключевых исследовательских трендов в области изучения старения. 

Информация о финансировании. Исследование выполнено при поддержке Программы фундаментальных исследований НИУ ВШЭ в 2022 г. и в рамках НИР факультета биологии и биотехнологии НИУ ВШЭ «Фундаментальное исследование актуальных вопросов когнитивных нейронаук и правовых основ биологии, медицины, а также биоэтики».

Актуальность. В отечественной школе культурно-деятельностного подхода широко представлены исследования об опосредствовании познавательных процессов, однако, опосредствование переживания как деятельности изучено недостаточно. Также не обнаружено исследований возрастных особенностей становления переживания как высшей психической функции. Было выдвинуто предположение, что частое слушание музыкальных композиций в подростковом возрасте выступает средством «овладения» (опосредствования) собственным переживанием. 

Цель исследования — изучение процесса возрастного становления переживания как деятельности и высшей психической функции в самодетерминированной (субъектной) активности подростков. 

Выборку составили 42 подростка (14–15 лет). 

Методы. Респондентам предлагалось: 1) нарисовать рисунок «Мое эмоциональное состояние» и заполнить первую часть авторской анкеты; 2) прослушать музыкальную композицию по собственному выбору; 3) повторно нарисовать свое эмоциональное состояние и заполнить вторую часть анкеты; 4) написать сочинение «Значение музыки в моей жизни». Анализ эмпирических данных осуществлялся с помощью метода обоснованной теории, контент-анализа, методов математической статистики. 

Результаты. Выявлены статистически значимые различия (критерий сдвига Вилкоксона r = ‒0,283; p = 0,78) в рангах выбора цвета изображения эмоционального состояния до и после прослушивания музыки, в уменьшении количества формально-стереотипных изображений (критерий «угловое преобразование Фишера» φ* = 1,646), в увеличении количества описаний положительных эмоциональных состояний (критерий «угловое преобразование Фишера» φ* = 5,582), в уменьшении количества описаний нейтральных эмоциональных состояний (критерий «угловое преобразование Фишера» φ* = 3,400). 

Выводы. Прослушивание музыки позволяет подросткам опосредствовать переживания, что может проявляться в степени их вовлеченности, погруженности в актуальное переживание-«испытывание», в изменении состояния — из спокойствия в активность, из напряжения — в расслабленность, из переживания страха — в переживание злости. В процессе слушания музыки подросток постепенно осваивает свой внутренний мир, начинает понимать свои эмоциональные состояния, осознает личностный смысл переживаний. Анализ сочинений подростков позволяет сделать вывод о том, что опосредствование переживаний с помощью музыкальной композиции (песни) как сочетания музыкального интонирования и текста помогает подросткам становиться в субъектную позицию по отношению к своим переживаниям.

Актуальность исследования обусловлена необходимостью ранней диагностики формирования восприятия образов предметов. 

Цель работы заключалась в отработке созданной авторами игровой методики и проверке возможности ее использования для оценки психофизиологической зрелости детей младшего дошкольного возраста. 

Методы. На сенсорном экране монитора предъявлялись изображения: а) одноцветных геометрических фигур разного размера и б) разноцветных геометрических фигур одинакового размера. Ребенок должен был опознать либо большой треугольник среди форм разного размера, но одинакового цвета, либо форму красного цвета среди различных цветных форм одного размера. Для оценки поведения ребенка, правильности решения задачи и времени опознания стимула (мсек) велась видеозапись. Обработка проводилась с использованием t-критерия Вилкоксона при достоверности различий не менее p < 0,05. 

Выборка состояла из 30 (13 девочек и 17 мальчиков) здоровых воспитанников детского сада с нормальным зрением в возрасте 3,4±0,43 года. 

Результаты. При апробации разрабатываемой методики выяснилось, что детям 3–4 лет для опознания одноцветных геометрических форм разного размера необходимо больше времени, чем для опознания разноцветных форм одного размера. Выявилась группа детей со специфическими особенностями формирования психических функций, характерными для задержки психического развития. 

Выводы. Предлагаемая методика может быть использована в качестве способа ранней дифференциальной диагностики задержки психического развития детей.

Актуальность. Несмотря на то, что поиск в интернете информации, необходимой для выполнения учебных заданий, стал для школьников повседневной задачей, на сегодняшний день по-прежнему недостаточно данных о психологических и психофизиологических параметрах, определяющих его эффективность. 

Цель исследования заключалась в выявлении психофизиологических и психологических особенностей подростков, влияющих на эффективность онлайн-поиска информации, необходимой для выполнения учебного задания. 

Методы. В ходе эксперимента участники выполнили несколько взаимосвязанных учебных заданий по поиску информации в интернете. Показателем эффективности онлайн-поиска было количество ассимилированных единиц информации. Анализ психофизиологических и психологических характеристик участников проводился с использованием методов окулографии, компьютерной оценки когнитивного контроля и рабочей памяти, а также нескольких тестов для оценки когнитивных стилей и обработки информации. Обработка полученных данных осуществлялась с помощью факторного и множественного регрессионного анализа. 

Выборка. В исследовании приняли участие 44 подростка (средний возраст 13,7±1,9 года, 40,9% девочек). 

Результаты. Результат поиска учебной информации в интернете выше у школьников, которые демонстрируют более низкую самооценку навыков использования компьютера, а также более высокий уровень рефлексивности и более частое возвращение к инструкции для выполнения задания. Старшеклассники быстрее читают инструкции в интернете и редко используют предметно-практический стиль информационного кодирования. Способность к концептуализации определяет более высокую скорость чтения инструкций для выполнения задач. По сравнению с мальчиками, девочки выше оценивают результаты своего поиска в интернете и считают этот процесс менее сложным. 

Выводы. Полученные результаты могут использоваться при разработке программ обучения школьников эффективным стратегиям онлайн-поиска.

Актуальность работы обусловлена поиском современных инструментов для оценки выраженности интолерантности к неопределенности, подходящих для использования в клинической практике и адаптированных на русскоязычной выборке. 

Цель работы — произвести перевод методики “Intolerance of Uncertainty Scale — IUS” (Freeston et al., 1994) на русский язык и апробировать полученную версию «Шкалы интолерантности к неопределенности» на русскоязычной выборке, сопоставив её факторную структуру со структурой оригинальной версии и других вариантов шкалы. 

Методы. Русская версия «Шкалы интолерантности к неопределенности», статистические методы анализа (коэффициент альфа Кронбаха, факторный анализ). 

Выборка. В исследовании приняли участие 155 пациентов с хроническим неизлечимым соматическим заболеванием: 50 человек с рассеянным склерозом и 105 — с осложненной артериальной гипертонией. 

Результаты. Данные, полученные в ходе апробации русскоязычной «Шкалы интолерантности к неопределенности», показали её высокую внутреннюю согласованность (α = 0,912). В результате факторного анализа данных повторилась факторная структура оригинальной версии шкалы (IUS) (5 факторов, 54,85% общей дисперсии). 

Были выделены следующие факторы: 1 — «Неопределенность расстраивает и приводит к неспособности действовать»; 2 — «Неопределенность не дает расслабиться»; 3 — «Неопределенность мешает планированию и продуктивности в жизни»; 4 —«Неопределенность вызывает стресс, и ее следует избегать»; 5 — «Быть в состоянии неопределенности — это быть неидеальным и неорганизованным». 

Выводы. Русскоязычная версия «Шкалы интолерантности к неопределенности» показала схожую с оригинальной версией (IUS) факторную структуру и высокую согласованность, что позволяет использовать ее в будущих исследованиях на русскоязычных выборках. Дальнейшая работа над апробацией методики будет направлена на увеличение клинической выборки и проверку данной версии на здоровых людях.

Актуальность исследования продиктована необходимостью дальнейшего изучения психологической дифференциации мужчин и женщин, что позволяет уточнить вопрос соотношения полов в их психологических характеристиках. 

Цель исследования — выявление различий в личностном позиционировании мужчин и женщин. 

Гипотезы исследования: 1) личностное позиционирование мужчин и женщин имеет значимые различия по критериям принадлежности к типам субъектной активности, выраженности отдельных позиций профиля и их вариативности, 2) личностное позиционирование мужчин и женщин имеет комплементарный характер. 

Методы. Исследование проводилось с использованием авторской методики «Личностный профиль субъектной активности» (ЛПСА), созданной в качестве измерительного инструмента в рамках разрабатываемого нами субъектно-динамического подхода к исследованию личности, акцентирующего роль систем личностного позиционирования в процессах развития субъектности. Методика позволяет выявить индивидуальный профиль личностного позиционирования (18 шкал), формирующийся в онтогенезе и опосредующий характер и направленность активности субъекта. При создании методики ставились две задачи: 1) получить возможность на основании измеряемых критериев выявлять индивидуальный профиль субъектной активности, отражающий индивидуальную систему личностного позиционирования; 2) на основании факторизации данных методики выявить наиболее общие совокупности личностных позиций в качестве сквозных организующих принципов, или типов. 

Результаты. Приведены данные сопоставления обобщенного мужского (n = 414) и женского (n = 808) профилей субъектной активности с точки зрения их соотнесенности, принадлежности к типу субъектной активности, выраженности и вариативности личностных позиций. 

Выводы. Полученные результаты подтвердили выдвинутые гипотезы и позволили сделать вывод о разнонаправленности субъектной активности мужчин и женщин, комплементарном характере их личностного позиционирования.

Актуальность. Рассматриваются особенности проявления латентных социальных групп (неявных, скрытых, не декларированных, не поддерживаемых социальными структурами и институтами) как особенного социально-психологического феномена. Описание и изучение латентных групп актуально, поскольку способствует выявлению тонких механизмов самоорганизации людей в социальные сообщества. 

Цель исследования: изучение особенностей социальной микро- и мезосреды как потенциальных условий формирования, функционирования и эволюции латентных социальных групп. Гипотезы: 1. Разные условия социальной среды неравнозначны для лиц разного пола, возраста, работающих в разных сферах деятельности, имеющих разный социальный опыт и др. 2. Условия социальной среды имеют для людей разную субъективную значимость и в своей совокупности представляют собой относительно закрытые пространства. 

Методы исследования: историко-теоретический анализ, эмпирическое исследование (анкетирование), многомерные методы параметрической статистики. По авторской методике (анкета «Динамика стиля профессиональной жизни» — ДСПЖ) респонденты оценивали роль условий социальной среды как факторов профессионализма, динамику своего профессионализма от 20 до 65 лет (ретроспективно до актуального возраста и проспективно, прогнозируя динамику последующей эволюции); также фиксировались их социально-демографические и служебно-должностные характеристики. 

Выборка. Было опрошено 482 человека, мужчин и женщин в возрасте 30–50 лет (132 государственных служащих, 129 инженеров и руководителей подразделений промышленных предприятий, 221 менеджер). 

Результаты эмпирического исследования подтверждают рабочие гипотезы. Группы условий разных социальных пространств, условно названных «Родственники», «Межличностные отношения», «Семейная среда», «Рабочая среда», «Мезосреда», выступают как доминантные или субдоминантные сферы жизнедеятельности людей, предопределяя множество различий между ними. В процессах социализации у людей формируются своеобразные устойчивые и универсальные механизмы актуализации и трансляции социального опыта; несформированность такого опыта чаще выражается в меньшей открытости и восприимчивости человека к другим условиям социальной микро- и мезосреды. 

Вывод. Латентные социальные группы зарождаются и эволюционируют вне явно выраженных социальных норм, правил, традиций, институтов как формы самоорганизации людей, которые сохраняют устойчивость в разных пространствах жизнедеятельности человека. 

Информация о финансировании. Работа выполнена в соответствии с Государственным заданием No 0138-2021-0010 «Регуляция профессионального взаимодействия в условиях организационных и технологических вызовов».

Актуальность работы задается необходимостью разработки новых подходов и методов в психологическом консультировании и психотерапии. 

Цель. В статье освещаются результаты исследований, проводимых в настоящее время сотрудниками лаборатории консультативной психологии и психотерапии Психологического института РАО. Объектами изучения являются такие аспекты помогающих практик, как (1) профессиональные компетенции психологов-консультантов, (2) специфика психологии общения в логопсихотерапии и (3) экзистенциальное Я подростков в артлоготерапии. 

Результаты. В рамках первого направления подчеркивается, что существует множество моделей профессиональных компетенций психологов-консультантов и психотерапевтов, которыми пользуются разные профессиональные сообщества и школы психотерапии. Опора на такие модели сильно упрощает оценку развития компетенций как у студентов в процессе обучения, так и у практикующих специалистов по мере наращивания опыта работы. Представлены результаты разработки авторской теоретической модели компетенций психологов-консультантов. 

Второе направление акцентирует внимание на том, что одна из важнейших компетенций, которой должен обладать специалист в области помогающих профессий, чтобы быть эффективным в общении, — это способность вызывать доверие к своей работе. Представлено исследование отношения к психотерапевтическому воздействию в системе семейной групповой логопсихотерапии. Выделены два типа установок: на коммуникацию лишь как на передачу информации и на доверие методике и руководителю. Также выявлена типология отношения к воздействию на личность со стороны значимого Другого (в данном случае логопсихотерапевта). 

В рамках третьего направления обсуждаются результаты исследования экзистенциального Я личности клиента, проходящего артлоготерапию. Показано, что артлогометодика «Драгоценность» (автор Т.А. Попова) способствует осмыслению клиентом ценности собственной жизни и может применяться с младшего подросткового возраста. 

Выводы. Использование в помогающих практиках интегративных методик, объединяющих несколько подходов, является перспективным направлением в психологическом консультировании.

Актуальность. Анализ отечественных исследований в области профессионального самоопределения юношества, проводившихся в Психологическом институте РАО в период 1920–2020-х гг., раскрывает целевую и содержательную динамику научных подходов к изучаемой проблеме в контексте исторического и социально-экономического развития нашей страны. 

Цель. Выявить изменения в трактовке предмета исследования, показать процесс расширения понятия профессионального самоопределения от выбора профессии до становления профессионала в ходе обучения и реальной трудовой деятельности и психологической готовности к профессиональному самоопределению. 

Методы. Исследование проведено в русле сравнительно-исторического подхода, позволяющего установить изменения феноменологии социально-психологических процессов в разные исторические эпохи. 

Результаты. Показаны приоритетные направления научного поиска: от выявления интересов юношей и девушек и поиска отвечающей им профессии — к обучению трудовым умениям и навыкам как способу повышения трудовой мотивации; от ориентации на конкретные профессиональные отрасли и специальности до поиска образовательного маршрута в области предполагаемой будущей трудовой деятельности. Значимыми признаками дальнейшей трансформации процесса профессионального самоопределения выпускников школы в условиях постиндустриальной и цифровой экономики являются повышение самостоятельности молодых людей при выборе своего профессионального будущего, разрушение традиции трудовых династий и утрата ценностного отношения к выбранной профессии как делу всей жизни. 

Выводы. Проведенный анализ позволил выдвинуть предположение, что в условиях цифровой экономики принципиально меняется сама структура феномена профессионального самоопределения, направленного не столько на выбор и освоение конкретной профессии, сколько на поиск широкой сферы приложения своих склонностей и способностей.

Актуальность. В связи со 110-летием Психологического института РАО важно проанализировать путь научного развития лаборатории психологии подростка. 

Цель. Показать, как в деятельности лаборатории сочетаются традиции Института Экспериментальной психологии, заложенные Г.И. Челпановым, с концепциями О.В. Лишина, А.Г. Асмолова и М.Г. Ярошевского, которые стояли у истоков лаборатории, и с вызовами современной психологии. 

Результаты. Показано, что традиция исследования мышления, восприятия, личности в парадигме развития идет от школы Г.И. Челпанова, также как и сочетание теоретических работ с экспериментом и данными самонаблюдения. Изучение роли взрослого, мотивации и установок в становлении личности молодых людей опирается на работы О.В. Лишина и А.Г. Асмолова, а разработка методологии историко-генетического подхода тесно связана с концепцией исторической психологии науки М.Г. Ярошевского, его понятиями когнитивного стиля и оппонентного круга. При модификации методологии и инструментария изучения социализации и идентификации современной молодежи использовались также идеи Г.Г. Шпета и Н.И. Жинкина. Это дало возможность разработать идею культурной детерминации и гармонизации двух процессов — социализации и идентификации. Раскрыты особенности социализации и идентификации в транзитивном обществе, показана их специфика в поликультурном и монокультурном пространствах. Проанализированы сложности социализации в ситуации неопределенности и феноменология, возникающая при гармонизации двух процессов — социализации и индивидуализации. Раскрыты новые тенденции развития подростков и молодежи в цифровом обществе, основания классификации информационного пространства и выделения информационных полей. Особое внимание обращено на закономерности информационной социализации, причины популярности социальных сетей и потокового видео, а также на связи образа мира с контентом личной страницы в социальных сетях. Показаны тенденции личностного и когнитивного развития молодежи, связанные с появлением виртуального и дополненного пространств. 

Выводы. Для плодотворного развития научной деятельности лаборатории важны сочетание традиций и современных подходов, синтез различных научных школ, проведение фундаментальных и прикладных исследований.

Актуальность. В современных условиях цифровизации образования и распространения цифрового формата чтения как никогда актуальным становится обращение к научному наследию акад. РАО Г.Г. Граник, в частности к ее концепции понимания текста. 

Цель. Проанализировать и обобщить результаты фундаментальных и практико-ориентированных исследований по проблеме понимания текста, проведенных Г.Г. Граник с сотрудниками на протяжении сорока лет (1980–2020 гг.); представить новое эмпирическое исследование понимания текста подростками в процессе чтения с бумажных и электронных носителей. 

Методы. Использованы методы теоретического анализа и обобщения результатов исследований по проблеме понимания текста, осуществленных в научной школе Г.Г. Граник. Для проведения эмпирического исследования применялся авторский диагностический инструментарий, направленный на выявление уровня понимания фактуальной и концептуальной текстовой информации. 

Выборка. Общую выборку составили 173 учащихся 7-х и 8-х классов обще-образовательных организаций Московской области. 

Результаты. Выявлено, что школьники, читавшие текст с бумажного носителя (с листа), успешнее справились с диагностическими заданиями, чем школьники, читавшие с электронного носителя (с экрана), однако различия незначимы (р>0,05). Это может свидетельствовать о том, что современные подростки быстро адаптируются к цифровому формату и различия в чтении с разных носителей постепенно стираются. Однако в целом уровень понимания длинного и сложного текста при чтении как с листа, так и с экрана остается достаточно низким: 49,7% учащихся не смогли выделить и сформулировать основную мысль текста, только 30,6% справились с этой задачей на высоком уровне. 

Выводы. Концептуальные представления о понимании текста, разработанные в научной школе Г.Г. Граник применительно к традиционному чтению с листа, обладают несомненным развивающим потенциалом и могут быть положены в основу исследований цифрового чтения.

Актуальность. Настоящая статья содержит анализ автографа Л.С. Выготского, оставленного 4 августа 1917 года в альбоме его двоюродного брата Д.И. Выгодского. Реконструкция смысла автографа не только проливает свет на понимание феномена искусства Л.С. Выготским в ранний (допсихологический) период творчества, но также позволяет предположить его мировоззренческую позицию в этот период. 

Цель. Реконструировать понимание Л.С. Выготским феномена искусства в период между двух революций и сравнить это понимание с концепцией искусства, наброски которого даны в «Психологии искусства». 

Методы. Элементы источниковедческого анализа, анализ литературы, посвященной указанным этапам жизни Л.С. Выготского, анализ архивных документов. Результаты. В своем автографе Л.С. Выготский противопоставляет два понимания феномена искусства: искусство как знаковая социальная деятельность, служащая для передачи чувств от человека к человеку (Л.Н. Толстой) и искусство как надындивидуальный духовный феномен, метафизическая деятельность человека, позволяющая оправдать мир (Ф. Ницше). На момент 4 августа 1917 года Л.С. Выготский соглашается с Ф. Ницше в связи с тем, что тема инструмента оправдания мира близка ему из-за личностного и профессионального кризиса. Позднее, в «Психологии искусства», Л.С. Выготский дает ему определение, которое ближе к социально-ориентированному определению Л.Н. Толстого, таким образом уходя от метафизики. 

Выводы. Анализ автографа важен с точки зрения понимания мыслей и настроений Л.С. Выготского в период между двумя революциями 1917 года. Он также отражает нелинейность профессионального поиска Л.С. Выготского на протяжении жизни.

Актуальность. Устойчивость, стабильность и прогрессивное развитие страны в значительной степени определяются состоянием образования, его опережающим потенциалом и способностью своевременно отвечать на вызовы времени, учитывать риски и решать насущные, наиболее острые проблемы. Из всего комплекса проблем российского образования можно выделить центральную, определяющую все остальные, — отсутствие стратегии инновационного педагогического образования. 

Цель. Провести многоплановый анализ факторов, детерминирующих внешние и внутренние предпосылки личностно-профессионального развития учителя в условиях обновленного педагогического образования. 

Результаты. В статье дан психологический анализ возможной позитивной динамики, стратегий личностного и профессионального развития педагога, основанных на преемственности культурных традиций и инновационных научных технологий, разрабатываемых в Психологическом институте РАО. Показано, что накопленный теоретический и эмпирический материал, направленный на оптимизацию учебно-воспитательного процесса в школе и вузе, должен быть переосмыслен и учтен на современном этапе развития общества. Разработан новый методологический — системный личностно-развивающий — подход, созданы концепция и технология личностно-профессионального развития учителя, проведены серии исследований. Представленное в статье исследование направлено на решение актуальной проблемы научно-эмпирического обоснования психологических концептов развития педагога, обеспечивающего психологическое благополучие учащихся в кризисный период. Сравнительный анализ двух этапов эмпирического исследования (до кризиса и в период кризиса) показал, что примерно четверть из всех обследованных учителей составляют специалисты с высоким уровнем личностно-профессионального развития, и именно они способны создать психологически благоприятную образовательную среду. Число учителей с низким уровнем личностно-профессионального развития значительно увеличилось во время кризиса, что сказалось на повышении тревожности, неуверенности, страхов у их учеников. 

Выводы. Установлено, что именно учитель является основным субъектом обеспечения психологически благоприятной образовательной среды для учащихся с учетом фундаментальных изменений и кризисов в обществе: социокультурных, философских, экономических, политических и др. Получена доказательная база создания новой практики психологической подготовки будущих педагогов, преобразованная на целевом, содержательном (личностном, межличностном, профессиональном), технологическом, организационном и стратегическом уровнях.

Актуальность. В статье ставится принципиальный вопрос, сохраняющий свою актуальность в течение всего периода существования психологии как отдельной науки, которая претендует на объективность и точность знания. Это вопрос о статусе гуманитарной психологии и о границах применимости традиционных методов исследования и критериев научности для постижения внутреннего мира человека. 

Цель. Автор стремится очертить границы применимости детерминистического объяснения явлений, причинной логики, критерия повторяемости результата и т.д. и обосновать необходимость иных методов и критериев для понимания внутреннего мира человека. 

Результаты. Обсуждается утверждение, что строгое следование названным критериям позволяет изучать человека только как «вещь», тогда как всё специфически человеческое ускользает от исследования. Этим объясняются затруднения или даже отказ от изучения таких важных проблем, как свобода человека, творчество и, в частности, явление инсайта; нравственность и ответственность, смысл жизни и другие, не поддающиеся объяснению в каузальной логике. Выдвигается предположение, что, отсекая всё, не отвечающее традиционным критериям научности, психология не столько сохраняет, сколько обедняет себя. В своих рассуждениях автор опирается на труды крупнейших мыслителей и ученых В.С. Со- ловьева, В.В. Зеньковского, Л.М. Лопатина, А.С. Арсеньева, С.Л. Рубинштейна, П. Тейяра де Шардена. 

Выводы. В тех случаях, когда предмет изучения противится методу изучения, необходима смена точки зрения на изучаемое явление и принципиально иная постановка исследовательского вопроса. При этом прежде накопленные знания не обесцениваются, но приобретают другой смысл. 

Благоприятные возможности развития психологии автор видит в ее сближении с философией, с осмыслением опыта религиозных практик и образно-метафорического способа описания явлений.