Статьи

Актуальность работы обусловлена поиском современных инструментов для оценки выраженности интолерантности к неопределенности, подходящих для использования в клинической практике и адаптированных на русскоязычной выборке. 

Цель работы — произвести перевод методики “Intolerance of Uncertainty Scale — IUS” (Freeston et al., 1994) на русский язык и апробировать полученную версию «Шкалы интолерантности к неопределенности» на русскоязычной выборке, сопоставив её факторную структуру со структурой оригинальной версии и других вариантов шкалы. 

Методы. Русская версия «Шкалы интолерантности к неопределенности», статистические методы анализа (коэффициент альфа Кронбаха, факторный анализ). 

Выборка. В исследовании приняли участие 155 пациентов с хроническим неизлечимым соматическим заболеванием: 50 человек с рассеянным склерозом и 105 — с осложненной артериальной гипертонией. 

Результаты. Данные, полученные в ходе апробации русскоязычной «Шкалы интолерантности к неопределенности», показали её высокую внутреннюю согласованность (α = 0,912). В результате факторного анализа данных повторилась факторная структура оригинальной версии шкалы (IUS) (5 факторов, 54,85% общей дисперсии). 

Были выделены следующие факторы: 1 — «Неопределенность расстраивает и приводит к неспособности действовать»; 2 — «Неопределенность не дает расслабиться»; 3 — «Неопределенность мешает планированию и продуктивности в жизни»; 4 —«Неопределенность вызывает стресс, и ее следует избегать»; 5 — «Быть в состоянии неопределенности — это быть неидеальным и неорганизованным». 

Выводы. Русскоязычная версия «Шкалы интолерантности к неопределенности» показала схожую с оригинальной версией (IUS) факторную структуру и высокую согласованность, что позволяет использовать ее в будущих исследованиях на русскоязычных выборках. Дальнейшая работа над апробацией методики будет направлена на увеличение клинической выборки и проверку данной версии на здоровых людях.

Актуальность исследования продиктована необходимостью дальнейшего изучения психологической дифференциации мужчин и женщин, что позволяет уточнить вопрос соотношения полов в их психологических характеристиках. 

Цель исследования — выявление различий в личностном позиционировании мужчин и женщин. 

Гипотезы исследования: 1) личностное позиционирование мужчин и женщин имеет значимые различия по критериям принадлежности к типам субъектной активности, выраженности отдельных позиций профиля и их вариативности, 2) личностное позиционирование мужчин и женщин имеет комплементарный характер. 

Методы. Исследование проводилось с использованием авторской методики «Личностный профиль субъектной активности» (ЛПСА), созданной в качестве измерительного инструмента в рамках разрабатываемого нами субъектно-динамического подхода к исследованию личности, акцентирующего роль систем личностного позиционирования в процессах развития субъектности. Методика позволяет выявить индивидуальный профиль личностного позиционирования (18 шкал), формирующийся в онтогенезе и опосредующий характер и направленность активности субъекта. При создании методики ставились две задачи: 1) получить возможность на основании измеряемых критериев выявлять индивидуальный профиль субъектной активности, отражающий индивидуальную систему личностного позиционирования; 2) на основании факторизации данных методики выявить наиболее общие совокупности личностных позиций в качестве сквозных организующих принципов, или типов. 

Результаты. Приведены данные сопоставления обобщенного мужского (n = 414) и женского (n = 808) профилей субъектной активности с точки зрения их соотнесенности, принадлежности к типу субъектной активности, выраженности и вариативности личностных позиций. 

Выводы. Полученные результаты подтвердили выдвинутые гипотезы и позволили сделать вывод о разнонаправленности субъектной активности мужчин и женщин, комплементарном характере их личностного позиционирования.

Актуальность. Рассматриваются особенности проявления латентных социальных групп (неявных, скрытых, не декларированных, не поддерживаемых социальными структурами и институтами) как особенного социально-психологического феномена. Описание и изучение латентных групп актуально, поскольку способствует выявлению тонких механизмов самоорганизации людей в социальные сообщества. 

Цель исследования: изучение особенностей социальной микро- и мезосреды как потенциальных условий формирования, функционирования и эволюции латентных социальных групп. Гипотезы: 1. Разные условия социальной среды неравнозначны для лиц разного пола, возраста, работающих в разных сферах деятельности, имеющих разный социальный опыт и др. 2. Условия социальной среды имеют для людей разную субъективную значимость и в своей совокупности представляют собой относительно закрытые пространства. 

Методы исследования: историко-теоретический анализ, эмпирическое исследование (анкетирование), многомерные методы параметрической статистики. По авторской методике (анкета «Динамика стиля профессиональной жизни» — ДСПЖ) респонденты оценивали роль условий социальной среды как факторов профессионализма, динамику своего профессионализма от 20 до 65 лет (ретроспективно до актуального возраста и проспективно, прогнозируя динамику последующей эволюции); также фиксировались их социально-демографические и служебно-должностные характеристики. 

Выборка. Было опрошено 482 человека, мужчин и женщин в возрасте 30–50 лет (132 государственных служащих, 129 инженеров и руководителей подразделений промышленных предприятий, 221 менеджер). 

Результаты эмпирического исследования подтверждают рабочие гипотезы. Группы условий разных социальных пространств, условно названных «Родственники», «Межличностные отношения», «Семейная среда», «Рабочая среда», «Мезосреда», выступают как доминантные или субдоминантные сферы жизнедеятельности людей, предопределяя множество различий между ними. В процессах социализации у людей формируются своеобразные устойчивые и универсальные механизмы актуализации и трансляции социального опыта; несформированность такого опыта чаще выражается в меньшей открытости и восприимчивости человека к другим условиям социальной микро- и мезосреды. 

Вывод. Латентные социальные группы зарождаются и эволюционируют вне явно выраженных социальных норм, правил, традиций, институтов как формы самоорганизации людей, которые сохраняют устойчивость в разных пространствах жизнедеятельности человека. 

Информация о финансировании. Работа выполнена в соответствии с Государственным заданием No 0138-2021-0010 «Регуляция профессионального взаимодействия в условиях организационных и технологических вызовов».

Актуальность работы задается необходимостью разработки новых подходов и методов в психологическом консультировании и психотерапии. 

Цель. В статье освещаются результаты исследований, проводимых в настоящее время сотрудниками лаборатории консультативной психологии и психотерапии Психологического института РАО. Объектами изучения являются такие аспекты помогающих практик, как (1) профессиональные компетенции психологов-консультантов, (2) специфика психологии общения в логопсихотерапии и (3) экзистенциальное Я подростков в артлоготерапии. 

Результаты. В рамках первого направления подчеркивается, что существует множество моделей профессиональных компетенций психологов-консультантов и психотерапевтов, которыми пользуются разные профессиональные сообщества и школы психотерапии. Опора на такие модели сильно упрощает оценку развития компетенций как у студентов в процессе обучения, так и у практикующих специалистов по мере наращивания опыта работы. Представлены результаты разработки авторской теоретической модели компетенций психологов-консультантов. 

Второе направление акцентирует внимание на том, что одна из важнейших компетенций, которой должен обладать специалист в области помогающих профессий, чтобы быть эффективным в общении, — это способность вызывать доверие к своей работе. Представлено исследование отношения к психотерапевтическому воздействию в системе семейной групповой логопсихотерапии. Выделены два типа установок: на коммуникацию лишь как на передачу информации и на доверие методике и руководителю. Также выявлена типология отношения к воздействию на личность со стороны значимого Другого (в данном случае логопсихотерапевта). 

В рамках третьего направления обсуждаются результаты исследования экзистенциального Я личности клиента, проходящего артлоготерапию. Показано, что артлогометодика «Драгоценность» (автор Т.А. Попова) способствует осмыслению клиентом ценности собственной жизни и может применяться с младшего подросткового возраста. 

Выводы. Использование в помогающих практиках интегративных методик, объединяющих несколько подходов, является перспективным направлением в психологическом консультировании.

Актуальность. Анализ отечественных исследований в области профессионального самоопределения юношества, проводившихся в Психологическом институте РАО в период 1920–2020-х гг., раскрывает целевую и содержательную динамику научных подходов к изучаемой проблеме в контексте исторического и социально-экономического развития нашей страны. 

Цель. Выявить изменения в трактовке предмета исследования, показать процесс расширения понятия профессионального самоопределения от выбора профессии до становления профессионала в ходе обучения и реальной трудовой деятельности и психологической готовности к профессиональному самоопределению. 

Методы. Исследование проведено в русле сравнительно-исторического подхода, позволяющего установить изменения феноменологии социально-психологических процессов в разные исторические эпохи. 

Результаты. Показаны приоритетные направления научного поиска: от выявления интересов юношей и девушек и поиска отвечающей им профессии — к обучению трудовым умениям и навыкам как способу повышения трудовой мотивации; от ориентации на конкретные профессиональные отрасли и специальности до поиска образовательного маршрута в области предполагаемой будущей трудовой деятельности. Значимыми признаками дальнейшей трансформации процесса профессионального самоопределения выпускников школы в условиях постиндустриальной и цифровой экономики являются повышение самостоятельности молодых людей при выборе своего профессионального будущего, разрушение традиции трудовых династий и утрата ценностного отношения к выбранной профессии как делу всей жизни. 

Выводы. Проведенный анализ позволил выдвинуть предположение, что в условиях цифровой экономики принципиально меняется сама структура феномена профессионального самоопределения, направленного не столько на выбор и освоение конкретной профессии, сколько на поиск широкой сферы приложения своих склонностей и способностей.

Актуальность. В связи со 110-летием Психологического института РАО важно проанализировать путь научного развития лаборатории психологии подростка. 

Цель. Показать, как в деятельности лаборатории сочетаются традиции Института Экспериментальной психологии, заложенные Г.И. Челпановым, с концепциями О.В. Лишина, А.Г. Асмолова и М.Г. Ярошевского, которые стояли у истоков лаборатории, и с вызовами современной психологии. 

Результаты. Показано, что традиция исследования мышления, восприятия, личности в парадигме развития идет от школы Г.И. Челпанова, также как и сочетание теоретических работ с экспериментом и данными самонаблюдения. Изучение роли взрослого, мотивации и установок в становлении личности молодых людей опирается на работы О.В. Лишина и А.Г. Асмолова, а разработка методологии историко-генетического подхода тесно связана с концепцией исторической психологии науки М.Г. Ярошевского, его понятиями когнитивного стиля и оппонентного круга. При модификации методологии и инструментария изучения социализации и идентификации современной молодежи использовались также идеи Г.Г. Шпета и Н.И. Жинкина. Это дало возможность разработать идею культурной детерминации и гармонизации двух процессов — социализации и идентификации. Раскрыты особенности социализации и идентификации в транзитивном обществе, показана их специфика в поликультурном и монокультурном пространствах. Проанализированы сложности социализации в ситуации неопределенности и феноменология, возникающая при гармонизации двух процессов — социализации и индивидуализации. Раскрыты новые тенденции развития подростков и молодежи в цифровом обществе, основания классификации информационного пространства и выделения информационных полей. Особое внимание обращено на закономерности информационной социализации, причины популярности социальных сетей и потокового видео, а также на связи образа мира с контентом личной страницы в социальных сетях. Показаны тенденции личностного и когнитивного развития молодежи, связанные с появлением виртуального и дополненного пространств. 

Выводы. Для плодотворного развития научной деятельности лаборатории важны сочетание традиций и современных подходов, синтез различных научных школ, проведение фундаментальных и прикладных исследований.

Актуальность. В современных условиях цифровизации образования и распространения цифрового формата чтения как никогда актуальным становится обращение к научному наследию акад. РАО Г.Г. Граник, в частности к ее концепции понимания текста. 

Цель. Проанализировать и обобщить результаты фундаментальных и практико-ориентированных исследований по проблеме понимания текста, проведенных Г.Г. Граник с сотрудниками на протяжении сорока лет (1980–2020 гг.); представить новое эмпирическое исследование понимания текста подростками в процессе чтения с бумажных и электронных носителей. 

Методы. Использованы методы теоретического анализа и обобщения результатов исследований по проблеме понимания текста, осуществленных в научной школе Г.Г. Граник. Для проведения эмпирического исследования применялся авторский диагностический инструментарий, направленный на выявление уровня понимания фактуальной и концептуальной текстовой информации. 

Выборка. Общую выборку составили 173 учащихся 7-х и 8-х классов обще-образовательных организаций Московской области. 

Результаты. Выявлено, что школьники, читавшие текст с бумажного носителя (с листа), успешнее справились с диагностическими заданиями, чем школьники, читавшие с электронного носителя (с экрана), однако различия незначимы (р>0,05). Это может свидетельствовать о том, что современные подростки быстро адаптируются к цифровому формату и различия в чтении с разных носителей постепенно стираются. Однако в целом уровень понимания длинного и сложного текста при чтении как с листа, так и с экрана остается достаточно низким: 49,7% учащихся не смогли выделить и сформулировать основную мысль текста, только 30,6% справились с этой задачей на высоком уровне. 

Выводы. Концептуальные представления о понимании текста, разработанные в научной школе Г.Г. Граник применительно к традиционному чтению с листа, обладают несомненным развивающим потенциалом и могут быть положены в основу исследований цифрового чтения.

Актуальность. Настоящая статья содержит анализ автографа Л.С. Выготского, оставленного 4 августа 1917 года в альбоме его двоюродного брата Д.И. Выгодского. Реконструкция смысла автографа не только проливает свет на понимание феномена искусства Л.С. Выготским в ранний (допсихологический) период творчества, но также позволяет предположить его мировоззренческую позицию в этот период. 

Цель. Реконструировать понимание Л.С. Выготским феномена искусства в период между двух революций и сравнить это понимание с концепцией искусства, наброски которого даны в «Психологии искусства». 

Методы. Элементы источниковедческого анализа, анализ литературы, посвященной указанным этапам жизни Л.С. Выготского, анализ архивных документов. Результаты. В своем автографе Л.С. Выготский противопоставляет два понимания феномена искусства: искусство как знаковая социальная деятельность, служащая для передачи чувств от человека к человеку (Л.Н. Толстой) и искусство как надындивидуальный духовный феномен, метафизическая деятельность человека, позволяющая оправдать мир (Ф. Ницше). На момент 4 августа 1917 года Л.С. Выготский соглашается с Ф. Ницше в связи с тем, что тема инструмента оправдания мира близка ему из-за личностного и профессионального кризиса. Позднее, в «Психологии искусства», Л.С. Выготский дает ему определение, которое ближе к социально-ориентированному определению Л.Н. Толстого, таким образом уходя от метафизики. 

Выводы. Анализ автографа важен с точки зрения понимания мыслей и настроений Л.С. Выготского в период между двумя революциями 1917 года. Он также отражает нелинейность профессионального поиска Л.С. Выготского на протяжении жизни.

Актуальность. Устойчивость, стабильность и прогрессивное развитие страны в значительной степени определяются состоянием образования, его опережающим потенциалом и способностью своевременно отвечать на вызовы времени, учитывать риски и решать насущные, наиболее острые проблемы. Из всего комплекса проблем российского образования можно выделить центральную, определяющую все остальные, — отсутствие стратегии инновационного педагогического образования. 

Цель. Провести многоплановый анализ факторов, детерминирующих внешние и внутренние предпосылки личностно-профессионального развития учителя в условиях обновленного педагогического образования. 

Результаты. В статье дан психологический анализ возможной позитивной динамики, стратегий личностного и профессионального развития педагога, основанных на преемственности культурных традиций и инновационных научных технологий, разрабатываемых в Психологическом институте РАО. Показано, что накопленный теоретический и эмпирический материал, направленный на оптимизацию учебно-воспитательного процесса в школе и вузе, должен быть переосмыслен и учтен на современном этапе развития общества. Разработан новый методологический — системный личностно-развивающий — подход, созданы концепция и технология личностно-профессионального развития учителя, проведены серии исследований. Представленное в статье исследование направлено на решение актуальной проблемы научно-эмпирического обоснования психологических концептов развития педагога, обеспечивающего психологическое благополучие учащихся в кризисный период. Сравнительный анализ двух этапов эмпирического исследования (до кризиса и в период кризиса) показал, что примерно четверть из всех обследованных учителей составляют специалисты с высоким уровнем личностно-профессионального развития, и именно они способны создать психологически благоприятную образовательную среду. Число учителей с низким уровнем личностно-профессионального развития значительно увеличилось во время кризиса, что сказалось на повышении тревожности, неуверенности, страхов у их учеников. 

Выводы. Установлено, что именно учитель является основным субъектом обеспечения психологически благоприятной образовательной среды для учащихся с учетом фундаментальных изменений и кризисов в обществе: социокультурных, философских, экономических, политических и др. Получена доказательная база создания новой практики психологической подготовки будущих педагогов, преобразованная на целевом, содержательном (личностном, межличностном, профессиональном), технологическом, организационном и стратегическом уровнях.

Актуальность. В статье ставится принципиальный вопрос, сохраняющий свою актуальность в течение всего периода существования психологии как отдельной науки, которая претендует на объективность и точность знания. Это вопрос о статусе гуманитарной психологии и о границах применимости традиционных методов исследования и критериев научности для постижения внутреннего мира человека. 

Цель. Автор стремится очертить границы применимости детерминистического объяснения явлений, причинной логики, критерия повторяемости результата и т.д. и обосновать необходимость иных методов и критериев для понимания внутреннего мира человека. 

Результаты. Обсуждается утверждение, что строгое следование названным критериям позволяет изучать человека только как «вещь», тогда как всё специфически человеческое ускользает от исследования. Этим объясняются затруднения или даже отказ от изучения таких важных проблем, как свобода человека, творчество и, в частности, явление инсайта; нравственность и ответственность, смысл жизни и другие, не поддающиеся объяснению в каузальной логике. Выдвигается предположение, что, отсекая всё, не отвечающее традиционным критериям научности, психология не столько сохраняет, сколько обедняет себя. В своих рассуждениях автор опирается на труды крупнейших мыслителей и ученых В.С. Со- ловьева, В.В. Зеньковского, Л.М. Лопатина, А.С. Арсеньева, С.Л. Рубинштейна, П. Тейяра де Шардена. 

Выводы. В тех случаях, когда предмет изучения противится методу изучения, необходима смена точки зрения на изучаемое явление и принципиально иная постановка исследовательского вопроса. При этом прежде накопленные знания не обесцениваются, но приобретают другой смысл. 

Благоприятные возможности развития психологии автор видит в ее сближении с философией, с осмыслением опыта религиозных практик и образно-метафорического способа описания явлений.

Актуальность задана необходимостью определения основных тем и формулирования новых задач современного этапа развития культурно-исторической психологии. 

Цель. Обобщение клинических наблюдений, экспериментальных материалов и теоретических полаганий автора за последние 30 лет работы в тематике психологии развития; попытка выделить ключевые искомые и реконструировать поле возможностей культурно-исторической психологии, понимаемой как психология развития. 

Результаты. В статье дано обобщение экспериментальных исследований и клинических наблюдений устройства ситуации опосредствования и акта опосредствования. Доказано, что опосредствование явлено. Оно выступает как событие совокупного посреднического действия. Посредническое действие уместно в ситуации обнаружения и преодоления дотоле неявной границы активности. 

Выводы. Выявлено, что посредническое действие завершается трояко: его результат — достижение потребного; продукт — открытие значения знака как знака пространства возможностей действия; эффект — порождение субъектности действующих. Посредническое действие — единица развития.

Актуальность. Начало XXI в. характеризуется резким усилением антропогенной нагрузки на окружающую природную и социальную среду, что повышает актуальность экологопсихологических исследований как особой области научной психологии. В преддверии 110-летия Психологического института РАО представляется важным осуществить историко-теоретический анализ работ сотрудников лаборатории экопсихологии развития и психодидактики, проводивших исследования психического развития и обучения в контексте взаимодействий человека с окружающей средой (Г.А. Ковалев, М.О. Мдивани, В.И. Панов и др.) и осветить вклад в становление экопсихологического подхода к развитию психики таких крупных ученых Психологического института РАО, как В.В. Давыдов, А.И. Миракян, Ф.Т. Михайлов, Ф.Д. Горбов и др. 

Цель статьи — описать методологические предпосылки, теоретические конструкты и этапы становления разрабатываемого в лаборатории экопсихологического подхода к развитию психики. 

Результаты. В становлении экопсихологического подхода к развитию психики выделены три этапа. На первом этапе источником обращения к экологопсихологической тематике послужили академические темы «Экология детства» и «Одаренный школьник», разрабатывавшиеся на базе Центра комплексного формирования личности РАО. Второй этап был посвящен разработке основных теоретических конструктов, среди которых представление о психике как форме бытия, экопсихологическая типология субъект-средовых взаимодействий и экопсихологическая модель становления субъектности. На третьем этапе произведен парадигмальный анализ определения психики как объекта исследования в рамках гносеологической, онтологической и трансцендентальной парадигм и дано описание четырех форм ее бытия: ставшей, отчужденной, становящейся и виртуальной. 

Выводы. Фундаментальной особенностью теоретических конструктов экопсихологического подхода к развитию психики является их инвариантный характер. Это позволяет предположить, что в перспективе такой подход даст возможность исследовать становление не только отдельных психических феноменов, но и способов мышления, определяющих ту или иную научную парадигму, причем не только в психологии, но и в других, в том числе естественных науках.

Актуальность. Статья посвящена 110-летию со дня основания Психологического института в Москве. Рассматриваются основные темы дискуссий по проблемам одаренности в начале ХХ в. в контексте современной психологии. 

Цель статьи — показать сохраняющуюся актуальность концептуальных идей об одаренности начального периода ее научного изучения и их развитие в теоретических и экспериментальных исследованиях сотрудников Психологического института в конце ХХ — начале XXI вв. 

Результаты. Анализ дебатов по проблемам одаренности на первых психологических съездах и публикаций Г.И. Челпанова, П.П. Блонского, Л.С. Выготского, В.М. Экземплярского демонстрирует, что высказанные ими положения о сложности и своеобразии проявлений одаренности и ее развития продолжают оставаться в центре внимания психологов и педагогов. Развитие этих идей прослеживается в дифференциальной психологии Б.М. Теплова, в концепциях одаренности Н.С. Лейтеса и А.М. Матюшкина. Исследования лаборатории психологии одаренности ПИ РАО, выполненные в последние пять лет, также развивают представления об одаренности, разработанные ее первыми исследователями: о целостности и сложности феномена умственной одаренности, о выявлении и развитии одаренных детей, о технологиях развивающего обучения для детей с разными видами одаренности и методах их психолого-педагогической поддержки, о целенаправленной теоретической и практической подготовке педагогов для одаренных детей. 

Выводы. Подход к проблеме способностей и одаренности, предложенный в работах Г.И. Челпанова и первых сотрудников Психологического института, сохранился и получил дальнейшее развитие, несмотря на преследование ученых и запреты их произведений. Перспективность многих из этих идей была доказана в более поздних исследованиях способностей, одаренности, мышления и творчества, в том числе и в работах, проведенных уже в XXI в.

Актуальность исследований осознанной саморегуляции обусловлена повышением неопределенности существования человека в изменяющемся мире. Современные ФГОСы ориентируют педагогов на создание условий обучения, способствующих достижению обучающимися, наряду с личностными и когнитивными, также и регулятивных метарезультатов. 

Цель. Рассмотреть представления об осознанной саморегуляции на основных этапах развития научной школы психологии саморегуляции в связи с созданием и реализацией различных подходов к ее исследованию. 

Результаты. Вскрыты исторические корни и выделены основные этапы становления научных представлений об осознанной саморегуляции; проанализированы основные положения, предмет и методы соответствующих этим этапам структурно-функционального, субъектного, дифференциального и ресурсного подходов к исследованиям саморегуляции. Приведены в обобщенной форме результаты, верифицирующие каждый из этих подходов. 

Выводы. Осознанная саморегуляция является управляющим метаресурсом, включающим универсальные и специальные регуляторные компетенции, обеспечивающие осознанное выдвижение целей и управление их достижением. От развития регуляторных компетенций зависит успешность получения образовательных и профессиональных результатов, а также решение широкого круга задач жизнедеятельности, таких как субъектное и личностное саморазвитие, профессиональное самоопределение, поддержание психологического благополучия и безопасности в ситуациях неопределенности. Перспективным представляется развитие представлений о возрастном становлении общей способности к саморегуляции и ее роли в социальном взаимодействии людей в современных условиях.

Актуальность. В статье освещается путь автора от исследований феномена инсайта до раскрытия психологического механизма творчества. Первый этап (1965 г.) — продолжение в аспирантуре исследований, начатых в курсовой и дипломной работах под руководством С.Л. Рубинштейна. Второй этап (1969 г.) — автором в психологию введен новый экспериментально-диагностический метод «Креативное поле». 

Цель. Раскрыть подход автора к рассмотрению мыслительного процесса и природы творчества; описать исследование механизма творчества как способности к развитию деятельности по собственной инициативе. 

Результаты. На первом этапе было обосновано, что открытый Я.А. Пономарем механизм инсайта не является единственным. Показана роль природы языков мышления и динамики смены их видов: от наглядного — к знаку, от знака — к структуре. Наглядность структуры объясняет мгновенное осознание гипотезы. Выводы автора находили подтверждение в теориях Н.И. Жинкина, Л.М. Веккера, М. Ханта. На втором этапе автору удалось реализовать принцип творческой самодеятельности С.Л. Рубинштейна и разработать типологию познавательной деятельности, которая соотносится с уровнями познания, выделенными Г. Гегелем: 1) стимульно-продуктивный уровень (по Гегелю — уровень единичного) — выполнение предложенного задания в рамках исходных требований; 2) эвристический уровень, осуществляемый за рамками требований исходной задачи (по Гегелю — уровень особенного), позволяет открыть новые закономерности; 3) креативный уровень (по Гегелю — уровень всеобщего) характерен для немногих. Открытая закономерность выступает для испытуемого не методом решения, а исходным моментом построения теории. 

Выводы. В статье обосновывается, что открытый автором механизм творчества как способности к развитию деятельности по собственной инициативе возможен только при доминировании познавательной мотивации в структуре личности. Это получило подтверждение в исследовании более 10 тысяч испытуемых и в серии лонгитюдных исследований, в которой один эксперимент ведется с 1970 г., когда испытуемые были десятиклассниками. Данные исследования представляют теоретико-эмпирические доказательства методологического принципа постнеклассики как единства истины и нравственности.